sapka

Лента новостей

Продается российская авиация, цена сделки под охраной ФСБ

20150220 Sud 2

Таков лейтмотив речи, с которой выступил в суде командир Ил-96-300 авиакомпании "Аэрофлот" Сергей Кнышов

 
Сегодня в Мещанском суде под председательством федерального судьи Максимовой Елены Алексеевны, с участием прокурора  Оганян, состоялось очередное судебное заседание по громкому уголовному делу, возбужденному против трех активистов Шереметьевского профсоюза летного состава (ШПЛС).
Текст выступления КНЫШОВ предпочел зачитать собравшимся участникам судебного заседания.
Текст выступление в Мещанском районном суде  г. Москва командира самолета ИЛ-96-300 Сергея Кнышова (Текст предоставлен стороной защиты)
 
Меня, Кнышова Сергея Анатольевича, обвиняют в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ. Я не признаю себя виновным в предъявленном обвинении, поскольку я не совершал никаких противоправных действий, направленных на завладение денежными средствами ОАО «Аэрофлот - Российские авиалинии».
 
Моя трудовая деятельность в ОАО «Аэрофлот - Российские авиалинии» началась в марте 2008г., под руководством командира лётного отряда Ил-96-300 В.А.Бакина, с должности 2-го пилота самолёта Ил-96-300. Образование и квалификация (Ульяновское Высшее авиационное училище ГА -1998г., Школа лётчиков - испытателей ШЛИ -1999г., Санкт – Петербургская Академия ГА – 2004г.). За время работы в авиации, я  освоил 8 типов воздушных судов, включая такие самолёты как: Ан-26, Ту-154, Ил-76, Боинг-737, безаварийно налетал более 6000 час., неоднократно привлекался к наиболее сложным полётам  по поиску и спасению людей, оказания гуманитарной помощи, пожаротушению на предельно малых высотах, десантирование грузов различного назначения, принимал непосредственное участие в  длительных командировках в горячие точки земли:  Афганистан, Ирак, Северный Кавказ, участвовал в заводских испытательных облётах самолётов: Ан-26, Ту-154, Ил-76. Опыт предыдущей лётной работы  позволил мне в кратчайшие сроки освоить самолёт Ил-96-300 и уже через год после трудоустройства в Аэрофлот, вестись в строй на этом лайнере в качестве командира. На тот период времени, я являлся самым молодым и перспективным командиром в России, выполнявшим полёты на этом типе воздушных судов, что в свою очередь не могло не говорить о полном доверии мне как специалисту, со стороны руководства Аэрофлота, поднимавшему в воздух лайнер, весом   250 тонн, неся ответственность за жизни 300 пассажиров находящихся на борту и судьбы тысяч людей на земле. Моим наставником на этом самолёте был Заслуженный пилот России, В.А.Бакин, внёсший огромный вклад в освоение и успешную эксплуатацию Ил-96-300 в Аэрофлоте, отстаивающий его на всех государственных уровнях власти, человек, истинно болеющий душой за отечественную авиацию и Российских пилотов. К огромному сожалению, этот с большой буквы человек, скоропостижно скончался в рассвете сил,  в декабре 2010г., и как у нас зачастую бывает, дело всей его лётной жизни, самолёт Ил-96-300, оказалось никому не нужным. С его кончиной, и приходом на должность командира отряда, банального карьериста, ставленника И.П.Чалика, пилота К.Н.Мешкова, готового всегда и во всём поддерживать лётного директора несмотря ни на что, не считаясь с иными интересами, начиная от обеспечения здорового морального климата, в коллективе отряда и обеспечения полётов, до полной приостановке полётов этого самолёта, оказались никому не нужны. Резко сократилось количество рейсом и география полётов. Если раньше мы выполняли полёты по всему миру, то с 2010г. отряду оставили только 2 рейса, Хургада и Шарм-Эль-Шейх. Соответственно сократилась и заработная плата. Доходило до абсурда, командиры такой же квалификации как и я, но эксплуатирующие самолёты в 3 раза меньшие по размерам и количеству перевозимых пассажиров чем Ил-96-300, но западного производства, зарабатывали в  разы больше пилотов нашего отряда. Естественно это отразилось и на лётном составе, многие опытные пилоты вынуждены были просто уволиться из авиакомпании. Руководством Аэрофлота было принято решение о приостановке полётов Ил-96-300. Волею судьбы, случилось так, что мне пришлось взять бразды по отстаиванию этого самолёта в свои руки, тем более, что он всегда был для меня не просто куском железа, а нечто большим. Мой отец, первым в стране поднял его в воздух, и провёл весь цикл лётных испытаний, вплоть до передачи самолёта в авиакомпании ГА. Принимал непосредственное участие в испытании борта № 1 в России, самолёта на котором летает Президент РФ,  впоследствии за мужество и героизм, проявленные при испытаниях новых образцов авиационной техники, включая и семейство самолётов Ил-96, был  удостоен  звания Героя России. Я с головой окунулся в эту борьбу, участвовал во многочисленных  круглых столах и встречах различного формата и уровней по отстаиванию отечественных самолётов, в частности Ил-96-300 - это и  Совет Федерации, под председательством С.М.Миронова, ГД РФ - комитет по безопасности и транспорту, Минтрансе, Росавиации, Администрации Президента РФ,  давал интервью практически всем Российским печатным СМИ, приглашался в качестве эксперта на многочисленные телепередачи и форумы т.д. Во многом, благодаря моей активной жизненной позиции, помощи и участия единомышленников, нам удалось продлить срок эксплуатации этого самолёта в Аэрофлоте, но как показала жизнь, к огромному сожалению, лишь только на некоторое время отсрочить вывод из эксплуатации этого лайнера, тем не менее, Ил-96-300  в Аэрофлоте пролетал ещё долгих 5 лет, после судьбоносного принятия руководством Аэрофлота решения о прекращении его эксплуатации с 2010г. Инициатором, главным идейным вдохновителем этого пагубного в целом для государства решении, оказался всё тот же не безызвестный И.П.Чалик, который в угоду личным корыстным целям сумел убедить генерального директора Аэрофлота В.Г.Савельева в ненужности этого самолёта для авиакомпании. Я уверен, что мне и далее удалось продлить  срок его эксплуатации в компании, но  20 октября 2013г., я был арестован по сфабрикованному уголовному делу и брошен за решётку. За время этого противостояния с руководством крупнейшего Российского перевозчика, я неоднократно подвергался различного рода гонениям и репрессиям. Многочисленные отстранения от полётов, направление на психиатрическую экспертизу, лишения квалификации пилота ГА, различного рода заявления в полицию, на заведение уголовных дел, невыдача руководством Аэрофлота пропуска для прохождения на территорию Аэрофлота и аэропорта Шереметьево, хищение лётного дела и лётной книжки, 4-е увольнения по одним и тем же основаниям «Прогул», в материалах дела имеются соответствующие приказы, Том № 21  стр. 154 – приказ об увольнении 05.03.2012г., приказ об увольнении 15.12.2011г – стр.156, приказ об увольнении 11.04.2013г. – стр. 168, приказ об увольнении 14.02.2013г. – стр. 170. За защитой своих конституционных и трудовых прав, я лично, подчёркиваю это, неоднократно обращался  в различные органы государственной власти, суды, ГИТ  г. Москвы, Роструд, Минтранс, ГД РФ, Совет Федерации, Администрацию Президента. В судах, с помощью своих юристов, неоднократно  доказывал cвою правоту. Решением Пресненского суда г. Москвы от 19.10.2012г., я был восстановлен на прежней должности, командира Ил-96-300 в ОАО Аэрофлот,  приказ об увольнении был признан судом не законным и подлежащим отмене, 07.02.2013г., в том же суде, мною, было выиграно очередное слушание, о признании незаконным отстранение меня от полётов и направление на дополнительную медицинскую комиссию (психиатрическую экспертизу). И.П.Чалик не мог пережить этого и приложил все свои усилия, включив весь свой административный ресурс и Аэрофлота, направив его на дальнейшую эскалацию трудового конфликта и неисполнение решения судов РФ. После восстановления на работе,  так и не выполнил ни одного полёта, я дважды увольнялся с одной и той же формулировкой, «Прогул». И.П.Чалик неоднократно угрожал мне лично и через своих подчинённых, что он подключит все свои связи в правоохранительных органах и надолго посадит меня в тюрьму, что для него – это цель  на ближайшее время. Со мной неоднократно проводились беседы о прекращении активной деятельности по отстаиванию трудовых прав и самолёта Ил-96-300, скорейшего увольнения из Аэрофлота по собственному желанию, людьми представлявшимися  сотрудниками Федеральной Службы Безопасности России, представляющими интересы Аэрофлота,  в помещениях лётного отряда Ил-96-300. Эти встречи  происходили на глазах многочисленных свидетелей,  не говоря уже о многочисленных звонках на домашний телефон и телефоны принадлежащие моей семье, с угрозами физического воздействия на членов  семьи, (впоследствии я узнал одного из них в зале суда – к-н ФСБ В.С.Овчаренко), а у меня на иждивении находятся двое малолетних детей. Это и явилось основанием появления на свет этого уголовного дела, плюс к этому,  многочисленные успешно выигранные судебные иски ШПЛС к Аэрофлоту и естественно решение Мосгорсуда от 24.07.2013г., о выплате пилотам Аэрофлота за работу ночью и вредных условиях труда, впервые в истории Российской авиации, суммы в несколько млрд. руб., которая, в конце концов так и не была погашена Аэрофлотом в полном объёме.
 
Хочу обозначить исключительно для протокола, что в представленных следователем материалах (аудио и видеозаписях) я не узнал ничей голос, ни какого человека, печатный текст протоколов не совпадает с аудиозаписями, фразы и выражения искаженны, том № 7 стр. 223, 232, 257.,  о чём я неоднократно заявлял в ходе проведения предварительного следствия. Я не имею никакого отношения к инкриминируемым мне деяниям, деньгам и  банку ВТБ- 24  на Мясницкой 35, а 18 октября 2013г., я находился дома в кругу своей  семьи, родственников, друзей, соседей,  чему есть многочисленные свидетели. На огромное количество вопросов в зале суда к И.П.Чалику и к-н ФСБ В.С.Овчаренко: какие записывающие устройства выдавались и кому, кто производил инструктаж вкл/откл., какого они были  цвета и формы, где располагались в момент записи и у кого, кто производил включение, отключение, имелся ли выносной микрофон и светосигнальные лампы, свидетельствующие о рабочем состоянии,  кто именно  производил перезапись на другой носитель и в присутствии кого, а так же, почему время записей представленных суду значительно разнится с протоколами выдачи и изъятия записывающих устройств, ответов так и не было получено. Я с большой долей вероятности подозреваю, что в материалах уголовного дела, отсутствуют  именно те записи, которые следствие инкриминирует лично мне. Я предполагаю, что в конверты запечатаны  пустые носители, либо носители с голосом не принадлежащим мне. Я не присутствовал при упаковке этих дисков в бумажные конверты белого цвета имеющиеся в материалах дела, том № 9. Судом также должным образом не исследовались и не вскрывались эти конверты, и само наличие  каких- либо носителей с аудиозаписями, подвергается очень большому сомнению. Так: 
 
-том № 2 стр. 33-34    20.09.2013г. Время записи представленной  суду 57мин. 18сек., общее время записи 2ч. 10мин., отсутствует запись 1ч. 12 мин. 42 сек.
 
-том № 2 стр. 51-52    24.09.2013г. Время записи представленной суду 45 мин. 38 сек., общее время записи 23 час. 35 мин., отсутствует запись 22 час. 49 мин.12сек.
 
-том № 2 стр. 72-73    26.09.2013г. Время записи 25 мин. 34 сек., общее время записи 5 час. 50 мин., отсутствует запись 5 час. 24 мин. 26 сек.
 
-том № 2 стр. 95-96    30.09.2013г. Время записи 55 мин. 00 сек., общее время записи 2 час. 50 мин., отсутствует запись 1 час. 55 мин.
 
-том № 2 стр. 130-131    3.10.2013г. Время записи 31 мин. 31 сек., общее время записи 22 час. 20 мин., отсутствует время записи 21 час. 48 мин. 29 сек.
 
-том № 3 стр. 104-105    10.10.2013г. Время записи 48 мин. 58 сек., общее время записи 6 час. 40 мин., отсутствует запись 5 час. 51 мин. 2 сек.
 
Такое существенное расхождение по времени свидетельствует только об одном, что  с плёнкой производились манипуляции, имеются факты монтажа и фальсификации доказательств - это понятно даже не специалисту.
 
Задержание и арест – это очередное подтверждение тщательным образом спланированной провокации к-на ФСБ В.С. Овчаренко и зам. генерального  директора Аэрофлота И.П.Чалика. Следователь В.В.Кобец, по  лично им подписанному  постановлению,  выдал разрешение на задержание и арест С.А.Кнышова 19.10.2013г., а к-н ФСБ Овчаренко, осуществлявший оперативную разработку, составил рапорт о возможном причастии к преступлению некого С.А.Кнышова, только лишь спустя сутки, 20.10.2013г. в 00 час. 30 мин., Том № 1 стр. 170,172,173, 174., не говоря о том, какого числа он был передан следователю. В своём рапорте к-н ФСБ Овчаренко утверждает, что имеет неоспоримые факты и доказательства того, что С.А.Кнышов покинет территорию России с целью въезда  в Украину, подтверждающие факты  он в установленное законом времени  предоставит следователю и суду -  это обстоятельство и является необходимостью для его задержания и ареста. По сегодняшний день никаких доказательств ни следствию, ни суду, представлено не было, они также отсутствуют в материалах уголовного дела, что в очередной раз свидетельствует о противоречивых  показаниях В.С.Овчаренко и фальсификации собранных материалов по доказательству моей вины. В своих показаниях, оперативные сотрудники производившие задержание и арест,  как минимум лукавят и путаются о маршрутах моего передвижения, том № 1 стр. 177-194 показания сотрудников Полиции Михайлова, Тышлина, ссылаясь при этом на якобы какие-то сведения и заявления, сделанные моим  отцом. Место и время задержания также  подтверждается лишь   показаниями сотрудников правоохранительных органов. При задержании не велась видеосъёмка, не было приглашено понятых. Хотелось напомнить, что мой отец, Герой России, Кнышов А.Н. никаких показаний не давал, все заявления по - поводу перемещения С.А.Кнышова являются выдумкой оперативных сотрудников, получавших указания по своим действиям исключительно по телефону от своих руководителей и чётко следуя им (показания свидетеля Корабельщикова в зале судебного заседания). В томе №1 стр.168 следователем В.В.Кобец 19.10.2013г. был сделан запрос в избирательную комиссию Можайского района Подмосковья. Напомню, что рапорт о возможном причастии к преступлению некого гражданина С.А.Кнышова, датирован 20.10.2013г.  к- ном ФСБ Овчаренко, при этом  ни Шляпников, ни Пимошенко при задержании и аресте не давали никаких показаний, сославшись на ст. 51 Конституции РФ, 19.10.2013г., был выходным днём и избирательная комиссия в период не проведения выборов попросту не работала. Каким образом, на основании каких документов, не обладая никакой иной информацией, кроме, возможно поступившей от к-на ФСБ Овчаренко не ранее 20.10.2013г. рапорте, следователь В.В.Кобец вообще мог знать о существовании некого С.А.Кнышова и  производить какие-либо  действия по отношению к нему, не понятно - это ещё раз подтверждает версию заказного характера этого уголовного дела и сфальсифицированных доказательств. В материалах уголовного дела, том № 1 стр.173-174 «Поручение о производстве привода и отдельных следственных действий» от 19.10.2013г. за подписью следователя В.В.Кобец, фактов свидетельствующих о принятии решения С.А.Кнышовым покинуть территорию РФ  нет, да и не могло быть, по тем лишь основаниям, что я не собирался покидать территорию России в рассматриваемый период времени. Доказательств у следствия нет, как в прочем и не было. Цитирую «подвергнуть приводу, после того как он покинет территорию Московской области и направится в сторону государственной границы РФ». В этом поручении изначально заложена провокация со стороны следователя, ведь даже ученик 3-го класса средней общеобразовательной школы знает, что ближайшая граница Украины,  соседствующая с территорией Российской Федерации, находится на удалении не менее 850 км. от Москвы. На мой взгляд, cледователь прекрасно был информирован от заказчика этого уголовного дела И.П.Чалика, о месте проживания, телефонных номерах самого С.А.Кнышова и его семьи, спокойно мог воспользоваться любым удобным способом для вызова  меня в СК РФ для дачи необходимых объяснений и показаний. Он выполнял совершенно иную установку, любым способом изолировать меня от общества  на неопределённое время.  
 
При производстве обыска в квартире С.А.Кнышова 20.10.2013г., не было обнаружено никаких вещественных доказательств свидетельствующих о моей причастности  к какому - либо преступлению.
 
На видеозаписи представленой на обозрение суда стороной гособвинения, нет ни единой привязки к банку, к дате. На съёмки  видно лишь помещение  непонятных размером, в ней человек, перелистывающий какие-то бумаги. Следствием не было назначено проведение соответствующей экспертизы. С этой съёмки невозможно сделать вывод, что на видеозаписи запечатлён именно Шляпников, что у него в руках находились  именно деньги,  не говоря уже о количестве купюр.  Более того, следователями были изъяты съёмки камер видеонаблюдения банка ВТБ- 24 лишь 26.12.2012г (том № 12  стр.176-177)., спустя, более 2-х месяцев с момента ареста Шляпникова, Пимошенко, Кнышова. Какие манипуляции  производились  с этими  записями в течение этого времени, где и как она хранились, остаётся полной загадкой. Очень интересными также являются показания работника банка ВТБ- 24 М.В.Барановой, которая, по сути не давала показаний, а излагала их наизусть, как я предполагаю по заранее заученному тексту. Создаётся впечатление, что это событие произошло только вчера, а не более года тому назад.  На просмотренной в зале суда видеозаписи имелся  ещё один файл, но по странному стечению обстоятельств он не открылся, также отсутствуют записи камер наружного видеонаблюдения банка ВТБ- 24 или по каким- то иным причинам они не были предоставлены суду. Согласитесь, что по воздуху попасть в банк довольно сложно, если вообще невозможно, а банк с такой репутацией как ВТБ 24 и неработающие камеры – это нонсенс. Скорее всего, и на этот раз следователи по непонятным причинам отказываются предоставлять суду эти записи.
 
Не совсем понятна позиция гособвинения, об отказе  заслушать в зале суда ключевого на мой взгляд свидетеля по этому  уголовному делу, генерельного директора ОАО Аэрофлот В.Г.Савельева, хотя в материалах обвинительного заключения он присутствует. Ведь даже бывший министр обороны России Сердюков вызывается и допрашивается в суде в качестве свидетеля! Этот свидетель смог бы дать ответы на многие интересующие вопросы. Ходатайство стороны защиты также без объяснения причин было отклонено председательствующим судьёй. 
 
Не понятно происхождение денежных средств. Согласно материалам  уголовного дела И.П.Чалик взял беспроцентную ссуду у Аэрофлота на личные нужды (20.09.2013г. том № 13 стр. 281). А каких собственно деньгах, принадлежащих  Аэрофлоту может идти речь,  если они были взяты в личное пользование гражданином И.П.Чаликом у своего работодателя? При этом номера купюр переписаны не были,  не известно, на какие нужды И.П.Чалик потратил эти деньги,  какие всё-таки денежные средства и принадлежащие кому, были помещены в ячейку  банка ВТБ -24 на Мясницкой 35,  17.10.2013г. Вызывает недоумение тот факт, что ни оперативные сотрудники, ни понятые, ни сотрудники банка не принимали в этом никакого участия.  Эта информация звучит только из уст И.П.Чалика и нам остаётся только лишь верить на слово. Согласно своёй должностной инструкции, заместителя генерального директора, лётного директора ОАО Аэрофлот, И.П. Чалик никогда  не имел  никаких полномочий распоряжаться деньгами и какими- либо финансами принадлежащими Аэрофлоту.
 
В материалах дела также отсутствуют достоверные сведения, свидетельствующие о каких-либо контактах С.А.Кнышова и И.П.Чалика. Хочу обратить внимание, что за всё время моёй работы в авиакомпании,  я ни разу не встречался, тем более не общался с кем-либо из руководства  Аэрофлота на финансовые темы. 
 
И.П.Чалик с 2010г. возглавляет один из самых больших департаментов ОАО Аэрофлот «Департамент производства полётов». Под его началом трудятся более 3000 человек, из них только пилотов порядка 1800 человек. Если заняться простой математикой и разделить количество дней в году на персонал, то при ежедневном приёме господином Чаликом 1-го сотрудника, для общения с каждым работником ему потребуется 10 лет, а если учесть, что И.П.Чалик осуществляет прием только 1 раз в месяц сотрудников департамента, то потребуется минимум 300 лет. Он физически не может знать не только голос каждого сотрудника департамента, я убеждён, что он не знает каждого даже в лицо, при этом он с лёгкостью узнаёт голоса на предъявленной ему следователем аудиозаписи. Не кажется ли это странным? При этом, господин И.П.Чалик безошибочно узнаёт и определяет счастливого обладателя голоса  на аудиозаписях предъявляемых ему следователем, не обладая при этом специальными познаниями  в этой области. Этот факт  также не вызывает вопросов и подозрений у следователя. Свидетель В.В.Сальников в своих показаниях данных в зале суде под протокол, чётко заявил, что он не только не узнал ничей голос, а более того, следователь настойчиво пытался убедить его в том,  что голос какой-то  Наташи, принадлежит голосу жены С.А.Кнышова, а голоса незнакомых мужчин, не что иное как голоса Шляпникова, Пимошенко и Кнышова. 
 
- У И.П.Чалика был прямой мотив и заинтересованность для различного рода гонений, соответственно и оговора меня. При очередном увольнении, 11.04.2013г. он пригласил меня в свой кабинет и заявил, что хищением моих лётных документов он фактически  обнулил меня как пилота, впредь он приложит все  усилия, чтобы я, не только не восстановился в прежней должности в Аэрофлоте, но и не устроился на работу  в любую другую Российскую авиакомпанию,  обладая  многочисленными  связями  в правоохранительных органах он в скором времени вообще организует посадку меня в тюрьму. Я был уволен 11.04.2013г., по тем же основаниям, что и ранее. Мною было подано исковое заявление в Пресненский суд и восстановление на работе по аналогии с предыдущем судом, было  лишь вопросом времени. Он прекрасно понимал и в полном объёме осознавал это. В  случае, повторного восстановления меня на работе с той же формулировкой «Незаконное увольнение»  имиджу Аэрофлота и его в частности, будет нанесён значительный урон и генеральному директору придётся уволить уже самого И.П.Чалика, возглавляющего ДПП, как человека не способного организовать должным образом работу в департаменте и не справляющимся с возложенными на него обязанностями. Увольнение по одним и тем же основаниям с дальнейшим признанием незаконности в судебной инстанции один раз,  можно рассматривать как случайность, несколько раз – как систему, подчёркиваю порочную систему.
 
- Я на протяжении нескольких лет, довольно   регулярно, иной раз по несколько раз в неделю,  давал всевозможные интервью по вопросам обеспечения  безопасности и развития гражданской авиации России, в том числе и по состоянию дел в Аэрофлоте, практически всем  телеканалам и печатным СМИ России, пользуясь исключительно информацией полученной  в открытом доступе. При этом я привлекался корреспондентами  как эксперт в области авиации, командир самолёта Ил-96-300 и никогда, подчёркиваю этот момент, как активист ШПЛС, при этом выражал исключительно своё личное мнение по интересующим журналистов темам. За все это время Аэрофлот не предъявил мне ни одного судебного иска, а также не оспорил ни одну мою статью в суде. Согласно предъявленному мне обвинительному заключению,  моя роль заключалась в передачи в органы государственной власти и СМИ сведений, компрометирующих руководство Аэрофлота, пользуясь связями и знакомствами моего отца. Хотелось бы детально разобрать этот абзац. Следователь ни разу не приглашал моего отца, для дачи каких-либо объяснений либо показаний по этому делу. В материалах уголовного дела отсутствуют фамилии и имена тех людей, связями которых, я собирался воспользовался либо желал это сделать. Также отсутствуют и наличие каких- либо  сведений, которые якобы я собирался передать и  обнародовать. Более чем решение Мосгорсуда от 24.07.2013г., которое согласно обвинительному заключению скомпрометировало руководство Аэрофлота, быть просто не могло. Текста решения Мосгорсуда от 24.07.2013г. у меня никогда не было, и быть не могло. Напомню ещё раз, что это решение свидетельствует о регулярной недоплате пилотам Аэрофлота значительной части заработной платы за полёты ночью и вредных условиях труда. Эта информация была в открытом доступе, также как и сам суд - слушания проходили в открытых судебных заседаниях и ни для Аэрофлота, ни пилотов, ни  руководства других конкурирующих с Аэрофлотом авиакомпаний секретом не было. В материалах уголовного дела, том № 12 стр.155-157, стр. 158-160 на  запросы следователя, почему именно в эти СМИ, также остаётся до сих пор полной загадкой, получены ответы, свидетельствующие о том, что ни «Новая Газета», ни телеканал «Россия 24», не получали никаких заявлений от меня по каким-либо событиям  происходившим  в Аэрофлоте, тем более никто из ник не получал никаких телеграмм. Хочу напомнить, что c 11.04.2013г. я не являлся сотрудником  Аэрофлота. В материалах дела имеются ксерокопии  СМС сообщений с телефонного номера И.П.Чалика, представленные следствием как телеграммы. Следователь не потрудился провести соответствующие экспертизы для подтверждения их подлинности и самого факта их существования. Я считаю, что это в очередной раз подтверждает  факт фальсификации доказательств моей вины. Возвращаясь к обвинительному заключению,  решением суда от 11.09.2013г. было получено разрешение на  прослушивание телефонного номера Шляпникова. Разрешение на прослушивание  телефонных номеров Кнышова и Пимошенко судом выдано не было, следовательно, следствием не могло быть установлено  по объективным причинам, наличие даже самого факта общения между Кнышовым и Пимошенко, если таковое было вообще когда-либо. Основываясь на каких доказательствах и фактах, следователь делает выводы о контроле и координации мною действий Пимошенко и Шляпникова,  остаётся полной загадкой, ответы на эти вопросы не находят подтверждения  в материалах уголовного дела и обвинительного заключения. Цитирую: «С.А.Кнышов должен был сообщить о возникновении непредвиденной ситуации группе». Какую ситуацию следователь считал непредвиденной и какой, именно  группе   я должен был что-то сообщить и информировать, также остаётся не понятным. Всё свои действия по отстаиванию моих  трудовых прав я осуществлял исключительно самостоятельно. Доказательства моей якобы вины о причастности к некому преступлению основываются лишь на фантазиях следователя и  показаниях И.П.Чалика,  напрямую заинтересованного в этом, основываясь лишь на  ксерокопиях непонятного происхождения документах и каких-то аудиозаписей. Хочу ещё раз под протокол заявить, что на предоставленных аудиозаписях на предварительном следствии,  я не узнал ничей голос, печатные протоколы не соответствовали аудиозаписям, смысл печатного носителя  не совпадал с аудиозаписями. Не была назначены и проведены ни одна из экспертиз: ни фонографическая, ни фоноскопическая, ни лингвистическая.
 
-Согласно ст. 217 УПК РФ я заявляю, что не ознакомился в полном объёме с материалами уголовного дела, в частности с томом № 23. Насколько я помню,  я был ознакомлен лишь с 80-100 стр., на сегодняшний день в этом томе чуть меньше 300 стр. Лист моего ознакомления есть в материалах дела. Мой защитник В.В.Чеботарёв, также не был в полном объёме ознакомлен с материалами дела, о чем также свидетельствует лист его ознакомления. Согласно, прав и свобод гражданина, данных мне Конституцией РФ и УПК РФ ст.217 я должен быть в полном объёме  ознакомлен с материалами уголовного дела. Я считаю, что мои права нарушены и прошу суд предоставить  мне и моему защитнику возможность,  в полном объёме ознакомится с материалами уголовного дела.
 
-Взаимоотношения с Аэрофлотом выстраивались мною исключительно в правовом поле. Общение, если таковое требовалось, согласно моей должностной инструкции КВС Ил-96-300, с моим непосредственным руководителем, командно - руководящим составом ДПП и руководством авиакомпании, осуществлялось в рамках моей должностной инструкции, сводилось к написанию заявлений и подачи их мною в офисы Аэрофлота, а так же в суды различных инстанций и госорганы по защите моих прав и свобод. Я прекрасно, понимал и осознавал, что своей активной деятельностью и позицией по отстаиванию интересов Российской авиации, в частности самолёта Ил-96-300, довольно жёсткими высказываниями по вопросу приёма на работу в Российские авиакомпании иностранных пилотов и разблокировке ст. 56 ВК РФ,  отстаиванием  прав и интересов пилотов на различных площадках  органов государственной власти, очень мешал продвижению «новых передовых идей» руководству Аэрофлота. Мои слова находят подтверждение: сразу же после моего ареста, был полностью расформирован отряд самолётов Ил-96-300 ОАО Аэрофлот, самолёты поставлены на прикол, лётный состав уволен. В последствие один из самолётов Ил-96-300  полностью сгорел на стоянке в аэропорту Шереметьево, по совершенно непонятным причинам. Лобистам из Аэрофлота удалось убедить руководство страны в необходимости привлечения иностранных пилотов и в 2014г. ГД РФ приняла закон, разрешающим иностранным гражданам работать пилотами в Российских авиакомпаниях в качестве командиров кораблей. В итоге, что из этого получилось мы с Вами прекрасно знаем: граждане Германии, Чехии и других стран, в сложнейшее для страны время, летают командирами в Аэрофлоте, исключительно на самолётах западного производства, Эрбас и Боинг, зарегистрированных в оффшорах,  соответственно с уводом налогов из страны, дочерняя авиакомпания «Добролёт», только начав осуществлять перевозки пассажиров попадает под западные санкции и вскоре прекращает своё существование, не обеспечив основной задачи возлагавшей руководством страны на неё: обеспечение регулярных бюджетных перевозок пассажиров по территории России и нового субъекта РФ, Крыма. Именно самолёт Ил-96-300 в полном объёме справился бы с этой задачей. Российских пилотов, высококлассных лётчиков,  массово увольняют из Российских авиакомпаний, на сегодняшний день эти люди в поисках работы. К огромному сожалению, некоторые из них даже сводят счёты с жизнью, так и не сумев адаптироваться к новым правилам жизни, не перенеся увольнения (28 января 2015г. г. Красноярск, пилот Ютэйр повесился у себя дома после увольнения из авиакомпании).  Мои слова и мысли оказались пророческими задолго до наступления этих событий. Нам необходимы исключительно самолёты отечественного производства,  за штурвалами которых будут летать Российские пилоты. Естественно Аэрофлот не смог переступить через себя и признать свои очевидные промахи и  ошибки. Выше я перечислял те многочисленные репрессии, которым я подвергался в Аэрофлоте. Возвращаясь к уголовному преследованию, обещанному мне И.П.Чаликом. Разве мог я, находясь в здравом уме и рассудке, пойти на какие- либо противоправные действия с руководством Аэрофлота? Полный абсурд! Благодаря главному провокатору, И.П.Чалику, оперативному сотруднику ФСБ РФ к-ну В.С.Овчаренко, я, даже не догадываясь,  оказался  втянутым,  в непонятную мне схему, о чём только лишь  узнал  20.10.2013г. Я считаю, что всё происходящее по этому уголовному делу в отношении меня, тщательным образом спланированная провокация, направленная на дискредитацию меня, как пилота отечественного самолёта, командира  Ил-96-300, с целью очернить, моё честное имя. Я никогда не вступал ни с кем из руководства Аэрофлота ни в какие переговоры, направленные на хищение, подлог либо обман, чьих бы то ни было денежных средств, а если и возникали с Аэрофлотом какие-либо финансовые отношения, то исключительно в правовом полё в рамках действующего законодательства РФ,  согласно решений судов,  предписаний ГИТ.
 
- Переходя к вопросу взаимоотношения Кнышов-Шляпников-Пимошенко. До недавнего времени я и Пимошенко являлись работниками Аэрофлота, выполняли одни и те же функциональные обязанности командиров самолетов, с одной лишь разницей, Пимошенко КВС Боинг-767, я КВС Ил-96-300.  Кроме того,  мы оба являлись членами ШПЛС. Нас ничего не связывало и не могло связывать, тем более чтобы кто-то кем-то управлял либо направлял куда- либо. Каждый из нас является вполне  самостоятельным человеком, не нуждающимся в указаниях и тем более корректировки линии судьбы помимо собственной воли.  Кроме того, пожалуй, только лишь Пимошенко, принимал участие   в моих судах. Никто из членов профсоюза не представлял моих интересов и не принимал участия  на моей стороне в судах до апреля 2013г., момента, когда мною была выдана доверенность, исключительно  на участие в судах, на имя Шляпникова и Аршиновой. Он единственный кто дал показания в суде по восстановлению меня на работе, проявив тем самым свою гражданскую позицию, за что я ему благодарен. Я никогда не обращался, к нему с просьбами о помощи в решении моих проблем связанных с  взаимоотношениями с руководством Аэрофлота. Фактически он находился в такой же «опале», что и я, при всём желании он  не смог мне ничем помочь. Общение с ним занимало ровно такое же время, как и с другими пилотами авиакомпании, также я не знал, не имел ни малейшего представления,  ни о каких его намерениях, встречах, договорённостях, перемещениях, если таковые вообще когда-либо и происходили. Переходя к взаимоотношениям со Шляпниковым.  Приблизительно с 2009г. я состою в ШПЛС, в 2010г., если мне не изменяет память, я был избран в ревизионную комиссию ШПЛС. По роду общественной деятельности мне приходилось общаться со Шляпниковым как юристом профсоюза. Моим непосредственным руководителем в профсоюзной организации  был Президент ШПЛС. Общение со Шляпниковым происходило через него, являясь исполнительным директором ШПЛС, он исполнял решения Президиума и Президента ШПЛС. Как я уже говорил ранее, юристы ШПЛС не принимали участия  в судах по восстановлению меня на работе и защите моих трудовых прав. Я пользовался услугами юристов, не имеющих никакого отношения ни к ШПЛС, ни к Аэрофлоту. Юристами были достаточно молодые девушки,  которые успешно справлялись  с поставленными задачами и одерживали одну победу за другой  над Аэрофлотом в судах и госорганах по защите моих трудовых прав. По объективным причинам на момент первой декады 2013г. они не могли более продолжать участие в моих судебных баталиях. Я понимал, что очередное судебное разбирательство с Аэрофлотом будет проходить по аналогии с ранее  выигранным мною судом и  приблизительно  тому же сценарию. Шляпникова я считал достаточно хорошим  специалистом, не один год отработавшим на поприще юриста ШПЛС и владеющего ситуацией в специфике авиационной юриспруденции. По сути, основания моего увольнения оставались  прежними, на мой взгляд, не составляло особых проблем для юриста даже средней квалификации, выиграть эти судебные процессы.  Я  присутствовал на всех судебных заседаниях и понимал происходящее, но для ведения и оформления в юридической части мне требовался квалифицированный юрист. Я обратился за юридической помощью через Президента ШПЛС к Шляпникову в апреле 2013г., для ведения дела по восстановлению на работе и  иска к Российской газете, негативным образом опубликовавшей анонсированный Аэрофлотом материал в своём издании, порочащий моё имя. Иск был связан с защитой чести и достоинства. Он согласился,  в свою очередь, попросив о том, чтобы в моих судах также  принимала участие некая Аршинова, юрист который был принят на работу в ШПЛС совсем недавно, которую я видел несколько раз и был с ней не знаком,  для получения необходимой судебной практики. Мною 10.04.2013г. была выдана доверенность на имя  Шляпникова и Аршиновой, на представление  моих интересов в судах, с чётким указанием полномочий. Ранее никому из членов ШПЛС я не выдавал никаких доверенностей, не наделял никакими полномочиями, включая Шляпникова и Пимошенко. Исключительно  в пределах этих полномочий и выстраивались мои дальнейшие взаимоотношения, со Шляпниковым и Аршиновой. Нотариально заверенный дубликат представлен суду и приобщён к материалам уголовного дела 26.02.2015г. Никаких других просьб и тем более указаний, выходящих за рамки этих полномочий указанных в доверенности, я не давал, ни Шляпникову, ни Аршиновой. Все переговоры, встречи, общения с кем- либо, когда- либо Шляпникова и Аршиновой, если таковые вообще имели место быть, происходили исключительно по их личной инициативе без моего участия. Я не влиял, не мог влиять на решения и действия Шляпникова, тем более осуществлять контроль и координацию его действий. Его работодателем на тот момент являлся Президент ШПЛС, которому он непосредственно и подчинялся, являясь исполнительным директором ШПЛС. Подчёркиваю, единственно, что нас на тот момент связывало – это гражданское дело по восстановлению меня на работе, которое слушалось  в Пресненском суде г. Москвы и дело по защите чести и достоинства в Савёловском суде г. Москвы, всё общение с ним происходили исключительно в рамках этих судебных разбирательств.
 
- Я не имею никакого отношения к предъявленному  мне обвинению, я ни в чём не виновен, и признаваться мне не в чем. Считаю это уголовное дело тщательным образом спланированной провокацией со стороны руководства Аэрофлота в лице И.П.Чалика,  с привлечением оперативного сотрудника ФСБ РФ В.С.Овчаренко,  направленную на дискредитацию меня как пилота, командира самолёта Ил-96-300 с целью запятнать мою безупречную репутацию и опорочить  честное имя. Обвинение целиком и полностью строится на показаниях И.П.Чалика,  который испытывает ко мне нескрываемое чувство неприязни. Считаю его показания, данными им в разных сослагательных формах, в полном объёме лживыми и не соответствующим  действительности.
 
Прошу приобщить мои показания данные в суде к материалам уголовного дела.
 
 
В настоящее время участники судебного процесса приступили к стадии вопросов, адресованных обвиняемом Кнышову.
 
 
Виталий АГЕЕВ (Из зала судебного заседания)
 
 
 

Справка

По версии стороны обвинения, профсоюзные активисты якобы вымогали 100 млн. руб. у лётного директора авиакомпании «Аэрофлот — российские авиалинии», за что обещали тому добиться снижения расходов авиакомпании на выплаты пилотам, ранее присуждённых судом.

В октябре 2013 года Пимошенко, Кнышову и Шляпникову были предъявлены обвинения в «покушении на хищение имущества ОАО «Аэрофлот — российские авиалинии» путем обмана, в особо крупном размере». По версии следствия активисты профсоюза на протяжении нескольких лет вымогали у руководства авиакомпании деньги за помощь в снижении издержек по выплатам пилотам.

За несколько месяцев до задержания членам Шереметьевского профсоюза лётного состава удалось отсудить у работодателя более миллиарда рублей в пользу пилотов, за многочисленные нарушения прав трудящихся.

Ранее руководитель департамента общественных связей ОАО «Аэрофлот – российские авиалинии» Андрей Согрин заявлял журналистам "Новой газеты" следующее:

— Задержанные руководители ШПЛС около месяца назад шантажировали одного из руководителей «Аэрофлота». Ему предлагалось выплатить наличными известную вам сумму денег лидерам профсоюза. В противном случае вымогатели угрожали протестными акциями со стороны пилотов «Аэрофлота», — опубликовано в "Новая газета" от 28.10.2013 года.

 

 

 

 

 
 
 
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить